6f851985     

Гончаров Иван Александрович - Письма Столичного Друга К Провинциальному Жениху



И. А. Гончаров
ПИСЬМА СТОЛИЧНОГО ДРУГА
К ПРОВИНЦИАЛЬНОМУ ЖЕНИХУ
Письмо первое
Франт. - Лев. - Человек хорошего тона. -
Порядочный человек.
Ну, любезный друг, Василий Васильич, вывел ты меня из терпения своим
письмом и комиссиями, или не то что комиссиями, а допотопными
наставлениями, как исполнить их. Не хотел было я сначала отвечать тебе:
как-таки, говорю себе, человек, подававший в юношестве такие блистательные
надежды, учившийся так хорошо по-гречески и по-латыни, питавший в
университете ум свой изящными произведениями древности, а желудок - не
какими-нибудь пирогами от разносчика, а изделиями Пеэра и Педотти, - как
такой человек мог упасть так жалко и глубоко в бездну... дурного тона! Но,
смею сказать, порядочность моя одержала верх над минутной досадой: так и
быть, соберу все силы и спасу тебя, извлеку тебя из пропасти во имя нашей
старой дружбы, во имя любви к человечеству... Ты презрительно усмехнешься
при этом: знаю, знаю твою философию! "Франт, лев толкует о дружбе, о любви
к человечеству!" - скажешь ты, приподняв, по своему обыкновению, одну бровь
выше другой. Приведи же в уровень свои брови и не играй попусту словами лев
и франт, значения которых ты, извини, худо понимаешь. Ты часто титулуешь
меня то тем, то другим названием; но пойми один раз навсегда, что я не лев
и не франт, хоть я и не вижу ничего позорного в значении льва и франта, так
точно как и не вижу причин особенно уважать их. Если есть люди, посвящающие
жизнь любви к собакам, лошадям и т. п., то чем хуже другие, избравшие
назначением себе приобретать хорошие манеры, уменье порядочно одеваться,
выставлять себя напоказ и проч.
Не лев и не франт я, говорю, или, пожалуй, я и то, и другое, но я,
сверх этого, еще и третье, а может быть, и четвертое.
Франт и лев! Это была бы слишком мелкая и ограниченная сфера для моего
самолюбия; ты помнишь мое самолюбие: тебе не раз доставалось от него. Нет,
мое назначение выше, сфера обширнее. Вникни хорошенько в смысл моей
претензии: я задал себе задачу быть не только человеком хорошего тона, но
еще и человеком порядочным. Многие смешивают эти два понятия, но
несправедливо. Ты много знаешь, знаешь, между прочим, по-гречески и
по-латыни, но знаешь ли ты, что человек-то хорошего тона, и особенно
человек порядочный (а не лев и франт только, не забывай этого), имеет,
может быть, больше права толковать о дружбе и о любви к человечеству,
нежели кто-нибудь, иногда больше даже того, кто знает по-греч... ну, ну, не
сердись: будем рассуждать дельно и хладнокровно.
Я сказал, что я и франт, и лев, и человек хорошего тона, и...
стремлюсь быть человеком порядочным, стремлюсь, сколько есть сил. Странным
покажется тебе такое неделовое, пустое самолюбие: это оттого, что ты
никогда не подумал о значении порядочного человека. Попробуй подумать,
приведи к одному знаменателю общие усилия этих четырех приведенных мною
типов хорошего общества: что выйдет? к какому итогу ведут их стремления?
выведи и назови этот итог: ведь выйдет - уменье жить, savoir vivre! Я
думаю, есть о чем похлопотать.
Рассмотрим же теперь все четыре степени адептов этой науки, с тою
целию, во-первых, чтоб ты не играл на ветер словами лев и франт, не понимая
их значенья, и, во-вторых, чтоб ты признал великую науку, поставил ее если
не выше, то хоть рядом с знанием греческих и римских древностей и преклонил
бы колени перед уменьем жить, в таинства которого я хочу посвятить тебя
именем старой нашей дружбы и любви к человечеству. Слушай



Назад