6f851985     

Гончаров Иван Александрович - Уха



И. А. Гончаров
УХА
Очерк
В городе С. из одного дома выехали две телеги, запряженные каждая
парой сытых кормленых лошадей. В первой телеге ехали женщины: жена
приказчика одного барского имения, жена дьячка местной церкви и жена
мещанина из города - большие приятельницы между собой. Правил этой первой
телегой пономарь Ерема, человек набожный и на взгляд смирный. Спина у него
была длинная, а ноги короткие: оттого ему и не давали стихаря, хотя он
кроме своей обязанности пономаря, то есть звонить в колокола, помогал в
местной церкви еще дьячку. Он был холостой и все собирался жениться, да
никто за него не шел, потому что он был колченогий и мало имел дохода. Он
помогал дьячку не в одной только церкви, ноя дома, колол дрова, носил воду
и терпеливо отмалчивался, когда дьячок или жена его подтрунивали над ним.
Он сидел на облучке телеги и поворачивал голову то к ней, то к другой из
пассажирок, когда они тыкали его зонтиками в спину. "Угадай, Ерема, кто
тебя ткнул?" - спрашивали они. Он молча показывал, оборачиваясь, белые
зубы, то в ту, то в другую сторону. "Хорошенько его, хорошенькой -
раздавалось сзади из другой телеги. - Ишь, баловень, уселся с бабами?"
На той телеге, где сидели женщины и которою правил Ерема, был самовар
с чашками и стаканами, тарелки, хлеб, соль и разная провизия, - все, что
нужно было для стола и что могли забрать с собой женщины.
В другой телеге ехали мужья этих женщин: дьячок, приказчик и мещанин.
С ними был невод и все потребное для рыбной ловли, также вино, наливки и
пиво. Они собрались на остров на Волге наловить рыбы, сварить там же уху,
напиться чаю и прочее. Словом, это был своего рода пикник, на который давно
собиралась эта компания.
Ерема был вхож во все три семейства, и все, и мужчины, и женщины,
знали его, как смирного простяка и забавного малого, над которым
безнаказанно можно потешиться вдоволь, Главную роль между женщинами играла
жена приказчика. Она рассказывала своим приятельницам какую-то городскую
сплетню; те громко хохотали. "Хорошенько его, хорошенько, ишь как он лениво
правит!" - продолжали кричать сзади мужчины. Женщины не заставляли себя
долго просить; они прерывали рассказ приказчицы, и то та, то другая тыкали
Ерему в спину зонтиками. Он едва успевал оборачиваться в ту или другую
сторону, показывая белые зубы, почмокивал губами на лошадей и шевелил
вожжами. "Угадай, кто тебя ткнул, Ерема?" - дразнила его та или другая из
женщин задорно. "Почем я знаю!"
- Пресвятая Троица! помилуй нас грешных! - говорил, крестясь, Ерема,
проезжая мимо церкви Троицы. Новый толчок в спину зонтиком от
которой-нибудь женщины. На второй телеге мещанин тоже что-то рассказывал, и
слушатели громко смеялись. По временам оттуда слышались восклицания.
- Хорошенько его, хорошенько! - раздавались мужские голоса с другой
телеги. Ерема оглянулся и на них, но ничего не сказал, показав только белые
зубы.
В это время съезжали с горы. На первой телеге раздалось пение:
"Юность, юность, веселися. Веселись, пока цветешь. Пой, резвися и кружися,
ибо скоро ты пройдешь!" - пел женский голос. Между тем поровнялись с другой
церковью. Ерема снял шапку и, осеняя себя широким крестом, набожно
проговорил: "Тихвинская мати, пресвятая богородица, помилуй нас!"
Опять последовали тычки зонтиком и голоса с другой телеги:
- Хорошенько его, хорошенько баловня! Мужские голоса там дружно
затягивали: "Вниз по матушке по Волге". Обе телеги подвигались все ближе и
ближе к реке. На горе опять показалась ц



Назад