6f851985     

Гопман Владимир - Воспоминания О Прошлом И Немного О Будущем



ВЛАДИМИР ГОПМАН
ВОСПОМИНАНИЯ О ПРОШЛОМ И НЕМНОГО О БУДУЩЕМ
Честь и достоинство писателя состоят в том, чтобы правду, право на эту
правду отстаивать при самых неблагоприятных обстоятельствах... Я не согласен с
тем, что писатель - это профессия. Писатель - это судьба.
Д. ЛИХАЧЕВ
"Эрика" берет четыре копии...
А. ГАЛИЧ
В 1982 году, как уже говорилось, в подмосковном Доме творчестве "Малеевка"
прошел первый Всесоюзный семинар молодых писателей, работающих в жанрах
фантастики и приключений. По месту проведения семинара направление в советской
научно-фантастической литературе 80-х годов стало называться малеевским. И
хотя впоследствии аналогичные семинары проводились не в Малеевке, а в
Дубултах, под Ригой, название "малеевская школа" осталось. О ней и пойдет
речь.
Конечно, это совпадение, что семинар начал работу в те дни, когда умер
самый орденоносный политический деятель нашей страны. Но символично, что
завершение брежневской эпохи совпало с рождением литературной школы, авторы
которой не верили в "идеологический мираж в социально-экономической и правовой
пустыне" (Капустин М. Конец утопии?). Живая неподцензурная мысль в самые
беспросветные застойные годы пробивалась сквозь напластования лжи и лицемерия,
боролась с догматизмом и идеологическим диктатом. В движении к свободе всегда
участвовала фантастика - в немалой степени и та, что создавалась молодыми
авторами рождения конца сороковых - начала пятидесятых годов, теми, кого
объединили малеевские семинары.
Будущие малеевцы начинали писать на рубеже 60 - 70-х годов. Тогда в
фантастике, как и во всей советской литературе, происходило вытеснение
культурных ценностей порожденной примитивным мышлением эрзац-беллетристикой,
апеллирующей к такому же мышлению и им же востребуемой. "Откат" в духовной
жизни общества и угасание "оттепели" в фантастике начали ощущаться с середины
60-х годов, когда один за другим появились разгромно-проработочные "отзывы" на
произведения Стругацких - уже тогда они считались лидерами советской НФ
литературы и потому были выбраны главной мишенью. Фантастика, как и "большая
литература", испытала действие неосталинских методов "руководства культурой":
будь то событие, драматически сказавшееся на общем ходе литературного
процесса, - разгон в начале 70-х годов редакции фантастики издательства
"Молодая гвардия", в 60-е годы объединявшей лучшие силы в советской НФ,
ненамного "отстал" от разгрома "Нового мира"; или будь то судьбы конкретных
писателей, не желавших более быть "руководимыми" и уезжавших за границу.
В результате чиновники от литературы, "курировавшие" фантастику, могли
быть спокойны за идеологическую чистоту большинства продукции подведомственной
им отрасли. Герои разрешенной фантастики побеждали плохих пришельцев, дружили,
демонстрируя преимущества социалистического образа жизни, с хорошими
инопланетянами, совершали полезные открытия и надежно охраняли их от акул
империализма; наконец, имея в груди вместо сердца пламенный мотор, бороздили
космос в народнохозяйственных целях.
И естественно, что в застойные годы травле подвергалась именно та
фантастика, которая, используя богатейший арсенал мирового искусства (гротеск,
аллегорию, притчу, иносказание), говорила правду.
...Итак, ноябрь 1982 года. Первая "Малеевка" (она, как и последующие, была
бы невозможна без поистине подвижнической работы Н. М. Берковой, заместителя
председателя совета по приключенческой и научно-фантастической литературе при
СП СССР, и В. Т, Бабенк



Назад